ILLC

Пристойные предложения.

Последнее лето в СССР

Вид из окна. ДАС МГУ. Москва. Август 1991 года.

Лето 1991 года тревожным не было – погода стояла теплая, дождей было немного, от Павловского обмена сто и пятидесяти рублевых купюр мы оправились легко – просто потому, что у нас и не было таких сбережений. Город жил в обычном летнем режиме: кто смог, уехал к морю; театр, в котором я работал до того, направился на гастроли; с билетами в Большой театр не было проблем — просто потому, что Большой тоже где-то давал ангажементы, в Турине, что ли. Студенты МГУ к августу уже собрались для подготовки к новому учебному году, кто-то искал работу, кто-то уже нашел. Нашел работу и я, 19 августа был мой первый рабочий день.

Новость о ГКЧП как-то не очень меня обеспокоила, танки в центре города не особо напугали – мы еще не успели отвыкнуть от власти КПСС и их попытка все вернуть на прежний путь мало кем воспринималась как трагедия. И так мы понимали – по-прежнему уже все равно не будет.

Поэтому я спокойно продолжал ходить на работу, благо загрузка была большая, платить обещали прилично (и платили, кстати). Один раз вечерком съездил к Белому дому посмотреть на «защитников» Ельцина. Они мне не понравились, не знаю даже, почему. Поэтому прогуливать работу ради того, чтобы к ним присоединиться, я не стал. По ТВ шла постановка Большого, но я её не видел: трудился.

Работал я на этом месте вплоть до марта 1992 года, как раз за эти месяцы совершенно незаметно для меня закончил свое существование СССР. Понял я это, кстати, не 1 января, когда все подорожало в несколько раз. Понял я это в июне, когда закончились последние заработанные деньги. Наступили рыночные отношения, началась история новой России.

2 ответов на “Последнее лето в СССР”

  1. 1
    Ventego says:

    I read a few topics. I respect your work and added blog to favorites.

    • 1.1

      *недоверчиво*
      Ой ли? Прям в favorites? Смотри, мужик, тебя за язык никто не тянул. IP на мониторинг ставлю. Буду за тобой следить, а то вдруг соврал? Всем Интернетам расскажу, во стыдно-то станет!

А дай-ка и я черкну!