ILLC

Пристойные предложения.

Сетевые аберрации (некритические наблюдения) | volume 01

Путин критически оценил работу Глазунова.

Поскольку я к своим годам уже сложился личностно как человек с философским восприятием жизни, то как-то не спешу ничего критиковать, особенно не спешу критиковать ничего из общественно-политической жизни общества. Наблюдение за признаками, систематизация признаков и их последствий, историческая ретроспектива заметных последствий, возникших вследствие тех или иных признаков. Некоторые называют это анти гражданской позицией, конформизмом, трусостью, политической близорукостью, et cetera. Ну, все, наверно читали про то, как Сталин пытался править русский язык или как Хрущев нелестно обозвал советских художников-абстракционистов. Так вот, я не противник и не поклонник абстракционистов, я не сталинист и не анти сталинист. Я просто наблюдаю.

Если, к примеру, считать, что юрфак Ленинградского университета вкупе со стажем разведывательной работы в СВР СССР развивают сознание человека настолько, что он уже умеет, глядя на картину, измерить размер меча в руках воина относительно размеров его богатырского тела и относительно размеров тела сынишки воина, сидящего у него на руке, – то мы можем сказать, что глазомер у него развит хорошо. Когда подобные способности публично демонстрируют премьер министр и президент, то мы можем даже предположить, что им самое время пришло отправляться на политическую пенсию поиграть в гольф (где глазомер и твердость руки играют решающую роль).

Однако, в России любой правитель больше, чем правитель. В России он еще и правитель, причем, не только произведений искусства, сделанных еще тогда, когда он под стол пешком ходил, но и исторической или церковной оценки деятельности личностей, которые стояли у истоков и создания государства как такового, и веры, которая стала практически государство образующей. Например, вероятно, впервые услышав о том, за что Церковь чтит Святых Бориса и Глеба, ВВП слишком буквально понял слово «лежащих» и выдал следующую сентенцию о них:

«Надо бороться за себя, за страну, а отдали без борьбы. Это не может быть для нас примером — легли и ждали, когда их убьют»

После подобных слов в нормальных странах референтов высших лиц увольняют на более легкие должности. Просто потому, что ни Глеб, ни Борис не пали жертвами войн в внешними врагами государства. И не за это их чтит Святыми Православная Церковь. Это были совсем другие войны, которые историки называют междуусобными, войны, в которых братья пытались поделить престол государства. В данном же конкретном случае крещеные Борис и Глеб были убиты по приказу своего старшего брата Святополка Окаянного, отказавшегося принять Христианство. Причем, Борис был убит во время сна (и потому лежал, полагаю, что ВВП тоже не стоя спит), а Глеба зарезал его же повар во время, когда Глеб стоял на молитве.

Но мы не критики дам-ввп, не критики системы высшего юридического образования в СССР, тем более, мы не критики СВР СССР (и конкретно резиденции СВР в бывшем ГДР). И, уж точно, мы не критики выходцев из всех этих институтов, попавших волей промысла Божьего на политический олимп России. Более того, я даже никогда не спрошу у дам-ввп о том, как продвигается выполнение программы «доступное жилье», и о том, когда продажа квартир в Москве сможет охватить потребительский сегмент хотя бы просто небедных людей. Причем, я человек терпеливый и не люблю критиковать власти, я даже нетребовательный – я не о квартирах даже пишу, а о хотя бы логически понятном графическом отображении продвижения этой жилищной программы. Я не критик – я наблюдатель. И все же – земной поклон дам-ввп за то, что оне пока руку мастеров искусства только правят, а могло быть хуже, задумайтесь, если б оне начали править руку хирурга, да и просто – цирюльника. Поклон вам, сердешные, кормильцы наши, за то, что не всему учат на юрфаке (поверхностно). Продолжение следует.

Один, но меткий камент на “Сетевые аберрации (некритические наблюдения) | volume 01”

  1. 1

    […] новые (но прежние) ассоциации. Только, в отличие от культличностных ассоциаций, новые пострашнее (вернее, они напоминают о […]

А дай-ка и я черкну!