ILLC

Пристойные предложения.

Отчет коммуны «Красный Октябрь» (часть 1)

Отчет коммуны «Красный Октябрь».

Деревня Большая Черемшанка, которая расположена на севере Новосибирской области, ничем не прославилась особо, кроме одного интересного случая, о ней написали в советском журнале, как о передовой коммуне в 1928 году. Вернее, формат публикации в крестьянском журнале был выбран в виде отчета деревенской коммуны «Красный Октябрь» о том, как им жилось плохо до революции, и как стало хорошо жить в коммуне при Советской власти. Достаточно интересный артефакт, поскольку в нем фигурируют выглядящие сегодня фантастическими некоторые достижения большевиков.

Заброшенная деревня

В необъятной сибирской степи, заброшенная за тридцать верст от Оби, притаилась деревня Черемшанка. И хотя широко вокруг раскинулась покрытая перелесками из карликовой березы степь, все же узко была сложена жизнь Черемшанки. Зимой по степи злобно выли волки сквозь прохватывающие ледяные бураны вокруг забытой всеми деревни. А летом серое море пшеницы, как будто тайком от людей, шепталось с низкорослым березняком. Это все, что было вокруг. В деревне, в неказистых бревенчатых избах, какими богата степная полоса Сибири, текла тусклая незаметная жизнь. Крестьяне, не торопясь, кое-как ковыряли жирный чернозем и сеяли пшеницу. А зимой из насыпанных под крыши амбаров также не торопясь, возили на рынок желтую, как воск, душистую пшеницу.

Одни имели табуны лошадей и стада коров, другие одну избу, да клочок земли и, чтобы не умереть с голодухи, нанимались батрачить. В избах вместе со скотом возились и плакали дети. Пьяные от водки мужики били жен, а кто побогаче где-нибудь за двором тянул пьяные руки к своей батрачке. Дети, вырастая, почти всегда косо смотрели на отцов, и, почуяв силу, уходили свивать себе гнезда, которые помимо их воли, выходили по примеру отцовских. Так повелось сначала, так и уложилось в веренице прошедших лет. И никто не знал бы, до каких пор пойдет эта жизнь, если бы из России одна за другой не прогремело двух революций. Лопнули рамки, которые так крепко держали уложившуюся в них жизнь. И нельзя стало зажиточному чалдону тянуть, куда хочется, пьяные руки. Тут и там завязались ячейки большевиков и через два года вокруг Черемша неких коммунистов — батраки и батрачки сбились в коммуну. И не нашлось для нее другого названия, как принесший свободу и радость «Красивый Октябрь».

Через 8 лет

Проскакало восемь обновленных лет. И теперь это не старая тусклая пьяная, забытая всеми Черемшанка. Сюда то и дело приезжают из Москвы и других городов журналисты, писатели и целые экскурсии посмотреть на жизнь, которая так неожиданно зацвела в Черемшанке. И недаром едут — есть чего посмотреть в Коммуне «Красный Октябрь».

Электрификация

По растянутой улице Черемшанки шагают столбы с чернеющим проводом. От провода тянутся отводки к некоторым из расположенных в линии домам. Это коммуна освещает жилища коммунаров. Шефы с завода из Новосибирска отремонтировали на заводе и привезли списанный дизельгенератор, волисполком регулярно снабжает коммуну топливом. Невдалеке от центральной площади сбились в грудку скотные дворы коммуны. Там электричество и чистота, какая не всегда водится в избе чалдона. С тех пор, как организовалась коммуна, она с 100 едоков выросла до 290. На протекающей вблизи реки Оешь коммунары построили мельницу. Планируют через два года там же установить водяной лопастной генератор электричества.

По публикации журнала “Здоровая деревня”, 1928 год.

Один, но меткий камент на “Отчет коммуны «Красный Октябрь» (часть 1)”

  1. 1

    […] деревни большое двух этажное здание. Здесь школа коммуны, детская площадка и общая столовая. В чисто выбеленном […]

А дай-ка и я черкну!